Springhill Mining Disaster - The Dubliners Übersetzung ins Russische

Springhill Mining Disaster

In the town of Springhill, Nova Scotia
Down in the dark of the Cumberland Mine
There's blood on the coal and the miners lie
In roads that never saw sun nor sky
Roads that never saw sun nor sky
In the town of Springhill, you don't sleep easy
Often the earth will tremble and roll
When the earth is restless, miners die
Bone and blood is the price of coal
Bone and blood is the price of coal
In the town of Springhill, Nova Scotia
Late in the year of 'fifty-eight
The day still comes and the sun still shines
But it's dark as the grave in the Cumberland Mine
Dark as the grave in the Cumberland Mine
Three days passed when the lamps gave out
And Caleb Rushton got up and said
"We've no more water or light or bread
So we'll live on songs and hope instead
We'll live on songs and hope instead."
Listen for the shouts of the black-faced miners
Listen through the rubble for the rescue teams
Three hundred tons of coal and slag
Hope imprisoned in a three-foot seam
Hope imprisoned in a three-foot seam
Twelve days passed and some were rescued
Leaving the dead to lie alone
Through all their days they dug a grave
Two miles of earth is a marking stone
Two miles of earth is a marking stone

Катастрофа на шахте Спрингхилл

В городе Спрингхилл, Новая Шотландия
Внизу, во тьме шахты Камберленд
Кровь на угле, и лежат шахтеры
В выработках, что солнца не видали,
Солнца не видали, никогда.
В городе Спрингхилл, ты не спишь спокойно,
Часто земля дрожит и катится.
Когда земля беспокоится, шахтеры умирают,
Кости и кровь – вот цена угля.
Кости и кровь – вот цена угля.
В городе Спрингхилл, Новая Шотландия
Поздней осенью пятидесятого
День все еще приходит, и солнце все еще светит,
Но в шахте Камберленд темно, как в могиле.
Темно, как в могиле, там всегда.
Три дня прошло, когда лампы погасли,
И Калеб Раштон поднялся и сказал:
"У нас больше нет ни воды, ни света, ни хлеба,
Так будем жить песнями и надеждой,
Песнями и надеждой, моя дорогая."
Прислушайся к крикам шахтеров с черными лицами,
Прислушайся сквозь завалы к спасательным командам.
Триста тонн угля и шлака
Надежда заключена в трехфутовой выработке.
Надежда заключена в трехфутовой выработке.
Двенадцать дней прошло, и некоторых спасли,
Оставив мертвых лежать в одиночестве.
Все свои дни они копали могилу,
Две мили земли – вот их надгробный камень.
Две мили земли – вот их надгробный камень.